Когда в середине позапрошлого века швейцарцы сочиняли свою конституцию, перед ними стояла задача придумать демократическое государство, которое было бы при этом не менее стабильным, чем деспотия. В итоге получилась система, безотказно работающая уже 178-й год.
Швейцарское правительство — Федеральный совет — состоит из семи человек, плюс так называемый «канцлер». Последний не имеет никаких руководящих функций — это начальник правительственной канцелярии. Тем не менее он, как и члены правительства, назначается парламентским голосованием.
Участие партий в правительстве не зависит от распределения мест в парламенте. Федеральные советники назначаются по «волшебной формуле» 2:2:2:1: двое от социалистов, двое от либералов, двое от народников, и один от невнятной партии «Центр». Формула эта не прописана в законах, однако ей следуют неукоснительно, и результаты выборов в парламент никак на неё не влияют. Таким образом, сценарий типа «наша партия победила, мы будем рулить» в Швейцарии исключён.
Федеральные советники избираются на четыре года. Уволить их нельзя, уходят они либо по собственному желанию, либо если парламент не переизберёт их на новый срок. Количество переизбраний не ограничено.
Официальной резиденции советникам не положено, они живут в гостиницах или съёмных квартирах в Берне, до работы добираются как придётся, например, на общественном транспорте, а один популярный в народе советник не так давно ездил в офис на велосипеде. У них есть право на охрану, но как правило, они обходятся без этого.
Каждый из федеральных советников отвечает за несколько министерств, а общие вопросы они решают коллективно. В Швейцарии нет цареподобной фигуры, типа президента или премьер-министра. Вернее, президент есть, на эту должность парламент каждый год избирает одного из советников, но это чисто декоративная штука. Федеральный президент не является главой государства, не может отдавать приказы другим членам правительства и вообще никаких особых полномочий не имеет.
Процесс принятия решений — категорически непубличный. Федеральные советники никогда не выносят на публику свои разногласия и не критикуют принятые решения, даже если эти решения идут вразрез с политикой их партий. Вообще, попав в правительство, политики дистанцируются от своих партий и их интересов. Протоколы заседаний правительства засекречиваются на 50 лет, так что об их спорах судят историки, а не журналисты.
Супруги федеральных советников, включая президентов, не имеют никаких официальных функций.
Юридический иммунитет набедокуривших федеральных советников может быть отменён решением самого Федерального совета, но только если речь идёт о провинностях, не связанных с работой в правительстве. В противном случае требуется решение парламента. Однако за всю историю страны такого не случалось ни разу.
Получают федеральные советники полмиллиона франков в год.
Вот в этой-то комбинации и кроется разгадка тайны швейцарской политической стабильности. С одной стороны, прямая демократия и избираемый всеобщим голосованием парламент. С другой стороны, стабильное правительство, принимающее решения коллегиально, способное обеспечить преемственность своей политики, не зависящее от электоральных прихотей и популистских манёвров. И сверх того, отсутствие деспотической фигуры, способной принимать судьбоносные решения в одиночку.
Но вернёмся к федеральному президенту. Одна особая функция у него всё же имеется. У правительства есть обычай: каждый год они всем коллективом посещают один из кантонов. Как правило, это родной кантон президента. В этом году они навестили кантон Санкт-Галлен, родину Карин Келлер-Зуттер (дама в жёлто-белой гамме).
Выглядит это как-то очень по-домашнему.
(фото: tagesanzeiger.ch)