Поразительный феномен доверчивости постсоветских нуворишей к западной «системе», надеюсь, ещё найдёт своих исследователей.
Прожжённые жулики, очень быстро и трезво соображавшие, на лету просчитывавшие замысловатые схематозы — становились наивны, как хиппи семидесятых, когда речь заходила о западных порядках. Они верили в наличие в странах развитого капитализма некоего незыблемого и не подчиняющего сиюминутным обстоятельствам законодательства, которому покорны все, вне зависимости от провенанса.
Своя логика в этом была.
Году эдак в 96-м или 97-м один из этих людей объяснил мне своё мировоззрение следующим образом. Дескать — британцы, конечно, мошенники и лицемеры, но их система построена таким образом, что им самим выгодно стабильное и предсказуемое законодательство внутри страны, поскольку иначе они просто не смогут функционировать на международных рынках.
Спикер вполне осознавал, что британские буржуи — речь тогда шла именно о них — это стая волков, готовых схарчить любого, кто слабее. Но при этом он был уверен, что внутри своей стаи эти волки выстроили некий строгий порядок, позволяющий им не сожрать друг друга.
Эта проекция реальности была волне достоверной, но мой собеседник нахлобучивал на неё совершенно произвольное и ни на чём не основанное предположение. Он почему-то считал, что если он с мешком денег заявится к этим волкам, его примут в стаю и возьмут под защиту стайных регламентов. Мешок денег казался ему универсальным входным билетом. Он совершенно справедливо полагал, что перед гружёным золотом ослом откроются ворота любой крепости — но при этом был уверен, что и внутри крепости ослу, даже после снятия с него мешка с золотом, гарантированы почёт и уважение.
В этом и состоит вышеупомянутый феномен, природу которого я до сих пор не постиг.
Мне в голову приходят только две версии.
Либо внезапно обретённое огромное богатство так сильно клинило у реципиентов башню, что они теряли способность рассуждать здраво.
Либо с реципиентами проводились некие спецмероприятия по формированию реальности.
Первое отпадает: к нуворишам 90х можно относиться как угодно, и это действительно очень разные люди, однако дураки в этой среде не задерживались, они просто не доживали до десяти- или даже девятизначных состояний.
Значит, спецмероприятия. И в этом смысле, подозреваю, Пелевин — кем бы ни был этот плодовитый виртуал — гораздо более документален, чем нам бы того хотелось.