Да простится мне мой усталый цинизм, но в текущем ближневосточном конфликте меня более всего потрясает взаимодействие Ирана с американскими масс-медиа — само существование этого взаимодействия.
Американцы сообща с Израилем сносят правительственные здания вместе с руководителями страны, включая самого главного, взрывают ядерные объекты, разрушают нефтяную промышленность, уничтожают флот, ПВО и баллистические ракеты, зачем-то убивают толпу школьниц — в общем, ведут полноценные военные действия.
В это же время иранский министр иностранных дел и его заместители выступают в эфирах CNN и NBC News, по-светски обсуждая с ведущими ход конфликта.
Журналисты взволнованы вероятным иранским ответом, а также ударами по территории соседних стран. Иранские чиновники благодарят за возможность выступить и охотно отвечают на вопросы, выглядя почти виновато: что вы, мы никого не атакуем, мы просто пытаемся достать тех, кто стреляет в нас. Журналисты усиливают обличительный пафос, наседают на иранцев и ставят их в положение оправдывающихся — и иранцы подыгрывают.
Собирается ли Иран вести переговоры с Америкой? — интересуются журналисты. Но ведь вы напали на нас прямо в разгар переговоров, которые мы с вами вели, — смущённо парируют иранцы. Ведущие оставляют это без комментариев. Sapienti sat: понятно, что Америке приходится иметь дело с недоговороспособной стороной. Подумаешь, напали на них. И что теперь, не позвонить в Вашингтон?
Сюрреализм ситуации взмывает к раскатистому фортиссимо, когда ведущий телешоу строго спрашивает у начальника иранского МИДа, не планируют ли иранцы атаковать территорию США. Следует ли американцам беспокоиться по этому поводу? — осведомляется журналист и получает несколько сбивчивые, но искренние заверения в том, что американцам ни в коем случае не следует беспокоиться, поскольку иранцам вполне достаточно американских целей, находящихся вокруг Ирана.
Безумие происходящего усиливается прямыми репортажами корреспондентов CNN и PBS из Ирана. Журналисты показывают в прямом эфире бомбардировки столицы, а также сетуют на отсутствие в стране паники, демонстрируя зрителям работающие в нормальном режиме магазины и заправки. Это не какие-то стрингеры, снимающие исподтишка — это совершенно официальные журналисты с логотипами своих компаний, имеющие разрешение на работу от иранских властей. Последние их периодически шмонают, но работе не препятствуют.
Что это такое, что вообще происходит?
Видимо, мы наблюдаем следствие того, что последние лет 15 человечество провело, уткнувшись в свои смартфоны. Люди перестали воспринимать себя частью происходящего вокруг, всё это — просто картинки на экране. Мемасики с котиками, подростковые челленджи, горящие по соседству дома — это не мы, это виртуальный мир. Мы — по другую сторону экрана. В эту движуху можно эмоционально вовлекаться, но надо помнить, что это всё постановка, как верный пёс Хатико. Вытер слёзы и переключился на другую историю.
Американцы бомбят Иран и хотят поговорить об этом — что ж, поговорим. Постойте, но ведь я вроде как иранский министр, которого эти люди не убили только по чистой случайности. И что с того, это же просто образ на экране, это не настоящий «я». Настоящий-то смотрит на происходящее со стороны.
Реальный мир слился с виртуальным, а в виртуальном мире мы бессмертны: всегда можно сохраниться и начать прохождение уровня заново. Надеюсь, мы все сохранились, потому что такими темпами наш нынешний уровень схлопнется совсем скоро. Оно, наверное, и к лучшему: восстановимся, пройдём все ловушки, в паре-тройке мест примем более разумные решения… Всё будет отлично.
PS. У меня нет никаких симпатий к заблудившейся в исторических эпохах злобной средневековой теократии. Однако качества иранского государства не имеют отношения к теме поста.