Испанцы продолжают давать мастер-класс по абсурдизации повседневности. Мадридский музей Прадо озадачился инклюзивностью подписей к картинам. Там, как и в прочих музеях, рядом с картинами висят таблички с краткими пояснениями, и вот в них-то затаилась скверна. Неленивые прадовцы проанализировали 1’800 табличек и 27’000 поясняющих текстов на их вебсайте, в восьми местах нашли слово «карлик» (или «карлица») — и либо выбросили его, либо заменили на «страдающий от ахондроплазии».
Инклюзивность этого цирка вот в чём. По мысли музейщиков, если в Прадо придёт карлик и прочтёт на табличке слово «карлик», это причинит ему невыносимые моральные страдания. Он же не в курсе, что он карлик, а тут оба-на — такое шокирующее открытие. А если он прочтёт «ахондроплазия», то тихо улыбнётся и направится дальше, весело насвистывая.
Это придумали не сами музейщики, они просто следуют предписаниям новых законов. Хотя случая проявить собственную инициативу они тоже не упускали. Ещё в 2022 году они подправили пояснительные тексты и даже названия (!) картин XV — XVII вв., которые, по их мнению, унижали женщин. Были вымараны обидные определения, типа «уродливая»: как известно, сама возможность существования некрасивых женщин, пусть и живших 500 лет назад, страшно травмирует современниц. Убрали и ссылки на матримониальный статус («жена такого-то»), поскольку описывать женщину как чью-то жену — унизительно.
Видимо, на следующем этапе они начнут цензурировать картины, потому как изображённое на них тоже не всегда соответствует идеалам всеобщей нежности.
Допустим, у них висит картина Гойи, на которой довольно грубо намалёваны изготовившиеся к драке коты. Это категорически неприемлемо в нашем котико-центричном обществе, люди будут фраппированы. Необходимо откорректировать картину, пусть котики мирно сидят рядышком. Про сцены насилия над людьми я даже не говорю, эту мерзость надо собрать и сжечь на площади перед музеем — оптом, не вникая в детали. Насилию в современной Европе не место. А Юдифь с головой Олоферна: что если в музей зайдёт кто-то, кто как раз пытается мягко и вежливо подчинить кого-нибудь Навуходоносору — он ведь будет травмирован! Так что и Юдифь в костёр. Да и с патриархией пока не разобрались окончательно: есть куча картин, на которых задирают носы всевозможные церковники — поголовно мужского пола! Хоть всё Прадо обойди, ни одной кардиналки не сыщешь. Патриархат скрывает правду, но мы не лыком шиты: перерисуем церковные парсуны, мантии превратим в платья, бороды-усы замажем, округлостей добавим — глядишь, правда и прорвётся.
Меня и в самом деле занимает вопрос, как далеко зайдёт борьба с выдуманными оскорблениями. Оглянитесь вокруг: повод оскорбиться можно прилепить к любому из окружающих вас объектов или явлений. Монитор оскорбляет слепых, чашка кофе — защитников угнетаемых южноамериканских крестьян, письменный стол — борцов с прямоугольниками (наверняка есть и такие, какие-нибудь фанаты Гауди).
Где мы проведём линию, на которой встанет стена с надписью «на обиженных воду возят»? Линию, конечно, надо будет провести волнистую, чтобы прямизной не оскорбить горбатых — но где?