У европейской мигрантской — точнее, нелегально-мигрантской — проблемы есть простое решение, вдохновлённое так называемой «стеной генеральных откупщиков» в дореволюционном Париже.
Во Франции ещё со средневековья налоги собирались частными лицами, по принципу «собери, сколько сможешь, в казну отдай, сколько положено, разницу в карман». Эта методика развивалась сложно и болезненно, идея замены розничного жульничанья оптовым неодинаково воспринималась разными действующими лицами, да и технология требовала обкатки. Однако в XVII — XVIII вв. процесс оформился и заработал в полную силу. Люди, уполномоченные собирать налоги, назывались «генеральными откупщиками», и было их около трёх десятков. В XVIII в. суммы, отжимаемые ими из податного сословия, в разы превышали суммы, передаваемые казне.
Чуть ли не главным источником дохода парижского городского бюджета была пошлина на ввозимые в город товары. Собирать её было сложно, недоимки были значительны, поэтому генеральные откупщики за свой счёт возвели вокруг Парижа стену, во всех воротах которой поставили рогатки и сборщиков податей. Таким образом, попасть в город, минуя мытарей, стало невозможным, и собираемость налогов выросла необычайно.
Понятно, что откупщиков народ ненавидел. Революция отменила эту институцию, а самих откупщиков, почти в полном составе, казнили. Но это уже другой сюжет, который не должен затмить историю фискального успеха и её мораль: хочешь, чтобы процесс заработал — отдай его в частные руки.
Будь я Императором Европы, я бы отменил нафиг все существующие визовые процедуры, совершенно бессмысленную бюрократию, создающую проблемы добропорядочным гражданам и вообще никак не защищающую границы. Вместо этого я бы сделал въезд в Европу платным и отдал бы взимание пошлин на откуп частным фирмам. Граждане дружественных стран расплачивались бы двухзначными суммами, владельцы всех прочих паспортов платили бы трёхзначные взносы, ну а «потерявших» свои документы мазуриков вздрючивали бы четырёхзначно. Я бы даже позволил откупщикам оставлять себе бóльшую часть собранного. С учётом того, что в Европу ежегодно прибывает до пары сотен миллионов гостей — набежит прилично.
Частные мытари быстро соорудили бы инфраструктуру для отлова и учёта прибывающих — условно говоря, ту самую стену с воротами и рогатками, только в общеевропейском масштабе. После введения всей этой машинерии в строй, я бы напустил на откупщиков левацкую прессу, организовал бы десяток масштабных демонстраций возмущённых граждан, и смиренно повинуясь народной воле, «национализировал» всё то, что понастроили бы к этому моменту мытари. Пару-тройку самых одиозных из них я бы отправил для порядку в тюрьму, прочих сделал бы чиновниками новообразованной Погранично-Фискальной Службы.
Таким образом, не потратив ни копейки, силой одного только Государственнического Подхода, я бы получил функционирующую — и, скорей всего, самоокупающуюся — систему контроля миграционных потоков, и притом вошёл бы в историю не как её строитель, а как борец с ней.
Эй, евробюрократы, вам толковый Император не нужен?