Меня с детства потрясало отношение русскофонной (есть такое слово?) культуры к матерщине, особенно в семье. Идёшь во двор — и говоришь с пацанами почти исключительно матом. Родители идут на работу — и общаются там сходным образом. Встречаетесь дома — поджимаете губки и чинно беседуете в стиле трепетных гимназисток времён заката романовской империи.
Причём вы знаете, какую лексику используют родители, когда вас нет рядом, а они вполне осведомлены о вашем дворовом жаргоне. Но это никого не наталкивает на мысль что-нибудь изменить в вашем домашнем коммуникационном протоколе. Эта нелепая ситуация проецируется и на все прочие аспекты общественной жизни: публично обложить кого-то хуями всё ещё «неприлично» (впрочем, ситуация заметно улучшилась за последние лет 20, но всё же недостаточно).
Это не «табуирование» так называемой ненормативной лексики, потому что вы-то используете её в полный рост. Это какой-то общественный договор о совершенно бессмысленном взаимном лицемерии, который очень немногие готовы нарушить и продолжают соблюдать, не понимая его смысла.
Я уже старый хрыч, но так эту загадку и не разгадал.