С вами опять Радио Тысячи Трюизмов. «Что такое конспирология сегодня?», задаётся вопросом радиослушатель.
Интересный вопрос. Нам кажется, что главный мозговой слизень здесь — слово «заговор» («теория заговора»). В воспалённом мозгу сразу возникают какие-то литературные образы, плащи, кинжалы, шарфы и табакерки. И любая серьёзная тема сходу превращается в балаган, в плохую беллетристику.
Всё волшебным образом меняется переменой двух букв: заговор → сговор. Слово «сговор» описывает примерно 90% действий глобальных политиков и крупного бизнеса, это не теория, это реальность.
Таким образом, конспирология сегодня — это понимание того, что участники процессов, имеющие доступ к серьёзным ресурсам, всегда пытаются использовать эти ресурсы для собственной выгоды. Просто потому, что такова природа человека: хватать и держать. А поскольку ресурсы не работают без других людей (пока, во всяком случае), использовать эти ресурсы для собственной выгоды можно только чужими руками. С каковой целью ресурсные короли постоянно совершенствуют технологии управления ширнармассами. Технологии эти включают методы создания убедительных нарративов, в рамках которых ширнармассы побуждаются к требуемым действиям. Ну и само собой, любой, кто пытается заглянуть за официальный нарратив и разглядеть там подлинные резоны последнего, маркируется «конспирологом», а само понятие «конспиролог» ловко отождествляется с «сумасшедшим».
В этот момент мы говорим себе «эээ, секундочку!» — и осознаём, что мы описываем абсолютно марксистскую картину мира. It’s fucking creepy, но шо делать.
Как отличить хобби-этнографа, увлечённо ковыряющегося в сговорах, от реального психа в шапочке из фольги? У хобби-этнографа шапочка — воображаемая. Когда он с таким задумчивым видом трёт пальцами висок, он на самом деле поправляет воображаемую шапочку. У психа же шапочка из фольги — всегда настоящая. Она не всегда выглядит как шапочка. Вообще, как она выглядит — зависит от индивидуума. Но она всегда есть, и её несложно разглядеть.