Инициатива об ответственности концернов — лабораторно чистый образец левацкого популизма. В случае её принятия швейцарские фирмы должны были бы гарантировать, что все их деловые партнёры соблюдают права человека и заботятся о природе по швейцарским стандартам — вне зависимости от места прописки партнёров. При выявлении нарушений, ответственность несла бы швейцарская фирма, как если бы она сама проштрафилась. Выглядело бы это примерно так: сельскохозяйственная артель в какой-нибудь Гане эксплуатирует детский труд и сливает мазут в ближайший арык — за это швейцарский (!) суд наказывает швейцарскую кондитерскую фирму, покупающую у артели какао.
Это напоминает механизм санкций, когда правительство вздрючивает свои домашние фирмы за контакты с «нехорошей» страной. Однако механизм этот работает только в том случае, когда накладывающее санкции государство — ну или союз государств — обладает экономическим весом, достаточным для блокады подсанкционной страны. Швейцария же своей «блокадой» сможет задушить разве что Лихтенштейн. Поэтому все эти ограничения привели бы только к усложнению структуры поставок, расцвету коррупции и, само собой, росту цен для потребителя. Последнее ухудшило бы рыночную позицию вздрюченной швейцарской фирмы и с высокой вероятностью выбило бы её из бизнеса — со всеми сопутствующими ништяками, вроде массовых увольнений, разрушения устоявшихся логистических цепей, и тому подобного. В Гане же ровным счётом ничего не улучшится: вышеупомянутая артель найдёт новых покупателей, ну или закроется к чёртовой матери, разогнав своих малолетних работников, которые прибьются к другой похожей артели — и скорей всего, на худших условиях.
Иными словами, бессмысленность этой инициативы очевидна любому человеку, чей жизненный опыт не ограничивается прицельным плеванием манной кашей в мамину физиономию. О чём тут вообще говорить, казалось бы? Однако инициатива была вынесена на референдум и собрала чуть больше 50% голосов. От принятия этой бредятины страну спасло только то, что для этого нужно было получить поддержку не только большинства граждан, но и большинства кантонов. С первым получилось, со вторым — нет. Пока пронесло.
Меня хоть и удручает, но не очень удивляет размер фан-клуба этой инициативы. Большинство электората падко на пафосный популизм «за всё хорошее против всего плохого», а в причинно-следственные связи они не умеют. Я даже могу, поднапрягшись, представить себе бенефициаров подобной инициативы: банки, получающие пинки за инвестирование в «этически небезупречные» проекты, не откажутся сместить фокус общественного внимания на промышленников и получить в руки дополнительные рычаги воздействия на последних… Впрочем, признаю натянутость этой версии. В конце концов, зачем усложнять: политики много чего делают только лишь для того, чтобы привлечь к себе внимание и продвинуться в партийной иерархии.
Я вот только не могу понять феномен франкофонной Швейцарии. Эти удивительные люди всегда — всегда! — голосуют за деструктивные левацкие инициативы, причём чем безумней инициатива, тем скорей за неё проголосуют франкофоны. Как объяснить это регулярное массовое помешательство? У меня достаточно коллег и знакомых с запада Швейцарии, это вполне адекватные люди, среди них немало дельных специалистов. Что на них находит накануне каждого референдума, что за деклассированный Хайд в че-геварином берете лезет из респектабельного романдского Джекила?