В связи с последними событиями в Южной Америке участилось использование словосочетания «международное право», нередко в форме вопроса: а оно вообще когда-нибудь существовало?
Как ни странно, да.
«Международное право» не тождественно межгосударственным договорам. Договариваться можно с кем угодно о чём угодно, но чтобы этот договор стоил больше глиняной таблички, ленты папируса или листа бумаги, на которых он написан, необходима некая третейская сила, уполномоченная всеми договаривающимися сторонами разбирать споры между ними. Такая сила должна обладать авторитетом, достаточным для обеспечения выполнения своих решений, а при нехватке авторитета — способностью мобилизовать ресурсы, необходимые для насильственного вразумления несогласных.
Наличие подобного арбитра и превращает систему договоров в международное право. Роль арбитра может играть только тот, чья власть выше власти царей — и это не другой царь, поскольку в таком случае речь идёт об отношениях внутри царства или империи. Для международного арбитража требуется кто-то, чей авторитет исходит извне мира, в котором существуют договаривающиеся стороны. Иными словами, служитель культа.
Древние жрецы с этой ролью справлялись не особенно хорошо*, и только в эпоху высокого средневековья в Европе появилось то, что можно было назвать «международным правом».
В ту пору расплодившаяся евро-аристократия разглядела третейскую силу в римских папах, осознав (не без помощи самих пап) пользу, которую может принести посредник, чья духовная власть никем не ставится под сомнение. Формально папский арбитраж в Европе был оформлен в 1075 году в документе, который назывался «Dictatus papae» и был составлен боевитым папой Григорием VII.
Инструментарий, позволявший Риму осуществлять этот диктат, был ограниченным, но эффективным. Папа мог отлучить от церкви провинившегося государя, целый город или даже целую страну. Кроме того, папа мог освободить вассалов от присяги сюзерену, что по практическим последствиям могло оказаться похуже отлучения. Собственно, вот и все инструменты, но с их помощью папы на протяжении трёх веков довольно успешно управляли Европой.
С начала XIV века «папский диктат» начал ослабевать. Первый мощный удар ему нанесло Авиньонское пленение, а потом и церковная Реформация упразднила власть римских пап на значительной части европейской территории. Точка в этой истории была поставлена Вестфальским миром 1648 года, закрывшим габсбургский проект католической империи.
С тех пор найти третейского судью для разрешения международных конфликтов так и не удалось, и поэтому все последующие попытки соорудить в Европе и мире функциональное международное право безнадёжно проваливались.
Одна из таких попыток была предпринята после Венского конгресса 1814-1815 годов, когда Россия, Австрия и Пруссия вступили в так называемый «Священный союз» — военно-полицейское соглашение, призванное охранять сложившуюся после поражения Наполеона политическую систему. Англия и Франция категорически отвергали идею участия России в европейских делах и саботировали деятельность Священного союза, так что организация эта начала сыпаться уже в 1820-х годах, и формально умерла в начале 1850-х во время Крымской войны.
Ещё двумя попытками ознаменовался прошлый век: после Первой мировой войны была создана Лига Наций, а после Второй мировой — ООН. Обе эти организации продемонстрировали совершеннейшую беспомощность и бессмысленно проедали взносы стран-членов.
А что же Евросоюз? А Евросоюз к этому процессу никакого отношения не имеет: это просто бюрократическая империя (тот самый «другой царь»).
Так что никакого международного права не существует уже больше 600 лет — и ничего, как-то справляемся. Но при этом не перестаём сокрушаться о его упадке, что само по себе — удивительный феномен.
* Поэтому ни торговый договор, заключенный в XXIV веке до н. э. между городами-государствами Эблой и Абарсалом, ни египетско-хеттский мирный договор XIII века до н. э., ни древнегреческая проксения, взаимно защищавшая жителей сговорившихся полисов на территории друг друга, ни древнеримский jus gentium, присовокупивший к римскому квиритскому праву законы покорённых и союзных народов — ничего из того, что упоминают историки античной юриспруденции, не было предтечей международного права. Ни в одном из этих случаев не существовало третьей силы, наблюдавшей за исполнением договоров и способной образумить или наказать тех, кто от исполнения уклонялся.