Американские политические триллеры — поучительное зрелище, поскольку это всегда, в каком-то смысле, явка с повинной.
Нет, я не допускаю, что американские элиты, движимые какой-то причудливой формой исповедального эксгибиционизма, делятся с киносценаристами своим мировоззрением и таинствами стратегического планирования. Однако существует сильнейшая связь между графическими историями тамошних сказочников и состоянием умов американцев всех уровней, от скрюченных фентанилом филадельфийских бездомных до обитателей западного крыла Белого Дома.
Такая связь есть везде, но в США она системообразующая. Торговцы построили это общество и адаптировали его под свои нужды, а успешный торговец — это правильный сторителлинг плюс убедительное лицедейство. Шоу-бизнес в таком обществе — не просто развлечение и пища для ума, как в остальном мире. Это механизм реализации того, что они называли «американской мечтой». Fake it till you make it — иными словами, рано или поздно за твою игру начнут платить, но чтобы это случилось, нужно выходить на сцену ежедневно.
Производители шоу-контента черпают идеи в коллективном бессознательном, и при этом транслируют эти идеи обратно в коллективное бессознательное, создавая замкнутую систему, в которой нет границ между синтезом и эксплуатацией ценностных установок.
По этой причине сериалы навроде «House of Cards», «Designated Survivor» или недавнего «The Diplomat» — не просто остроумные карикатуры, но и богатый материал для этнографа, пытающегося понять, как устроена Метрополия. Я как раз досмотрел «Дипломата» (или «Дипломатку», в зависимости от того, кого считать главным героем), и совершенно не пожалел о потраченном времени.
Изначально это было историей о влиятельной вице-президентше, делавшейся явно под прошлые президентские выборы. Американский вице-президент — декоративная фигура, придающая вес бессмысленным протокольным мероприятиям и заменяющая президента в случае потери последним дееспособности, однако когда вице-президент баллотируется на пост президента, ему надо предъявить обществу сильную политическую биографию.
С биографией Камалы Харрис дела обстояли не блестяще. Эту очевидно безмозглую даму продвигали по расово-гендерной квоте. На протяжении всей карьеры идеологические штампы успешно заменяли ей разум, а партийная лояльность — убеждения, но для кандидата в президенты нужен человек, выглядящий самостоятельной фигурой.
Поэтому стратеги демпартии придумали продвигать на выборах полуживого Байдена, которого потом собирались признать невменяемым (ну или ещё как-то «изъять из обращения») и заменить Камалой, для чего общественное мнение необходимо было хоть как-то подготовить. Слепить из Камалы яркого политика невозможно, для этого просто нет материала. Реальный образ надо было заменить героическим мифом, частью которого, по всем признакам, и был сериал «Дипломат».
Второй сезон заканчивался как раз под выборы, и заканчивался он тем, что пожилого президента хватал кондратий, в результате чего умная и волевая вице-президентша (не главный, но ключевой персонаж) теряла приставку вице-.
Электорат сломал эту стратегию, и третий сезон сериала стал менее пропагандистским и более саморазоблачительным. Там прорабатывались две фундаментальные идеи, высказанные в первых двух сезонах. Идея первая: конфликт с Россией неизбежен и необходим. Почему? Да по кочану, потому что это Россия, следующий вопрос. Идея вторая: в конфликте с Россией должна участвовать Европа, и для вовлечения последней в этот конфликт хороши все средства, включая провокации и прямую ложь якобы «союзникам» по НАТО, и если надо — даже убийство этих «союзников».
В последней серии третьего сезона звучит фраза, ради которой всё это стоило смотреть. Там по сюжету (прошу прощения за спойлер) в территориальных водах Великобритании тонет российская подводная лодка с загадочной торпедой «Посейдон» на борту. Британцы с радостью распотрошили бы лодку, но техника, позволяющая это сделать, есть только у русских, американцев и китайцев.
Русские из уравнения, естественно, исключаются — они не знают, где именно находится лодка, и рассказывать им никто не собирается. К американским «партнёрам» британский премьер испытывает злобное недоверие из-за того, что произошло в предыдущих сезонах. Поэтому британцы намереваются пригласить китайцев. Эта идея вызывает панику у американцев, и те устраивают переговоры с британцами.
Британский премьер заявляет американской президентше, обосновывая отказ от американского участия: «Я не передам апокалиптическое оружие неконтролируемой сверхдержаве, которая придуривается, называя себя демократией.» («I will not hand over an apocalypse weapon to an unchecked superpower that still delusionally calls itself a democracy.»)
В дискуссию вклинивается героиня сериала и выдаёт: «Ты прав, нам нельзя доверять, но никто не может обладать такой силой и при этом притворяться демократией. Это массовое уничтожение, никто не может этим обладать, ни Россия, ни Китай, ни вы, ни мы.» («You’re right. We can’t be trusted. No one can hold a power like that and still pretend to be a democracy. It’s genocidal. No one should have it. Not Russia, not China, not you, not us.»)
Имеющий силу не может быть демократией. Демократия для слабых.
Это то, во что они по-настоящему верят. Всё прочее — пустая болтовня для легковерных идиотов.
В конце концов американцы убеждают британцев, что субмарину надо залить бетоном, не пытаясь извлечь торпеду. Во имя дела мира, так сказать. Британцы соглашаются, а в это время американцы втихую воруют торпеду с подлодки, никому об этом не говоря. Рано или поздно британцы, по внезапно снизившейся радиации, догадаются о пропаже торпеды и неизбежно обвинят в этом русских. Русские, узнав о случившемся, неизбежно обвинят в покраже сверхсекретной торпеды британцев, что резко повысит вероятность конфликта России с Британией — а значит, с Западной Европой — чего американцы и добиваются.
Сериал продлили на четвёртый сезон.