[1/4]
В списке Сериалов-Которые-Я-Бы-Хотел-Посмотреть-Но-Никогда-Не-Увижу почётное место занимает сага о жизни и смерти Фридриха-Вернера графа фон дер Шуленбурга, буквально в одиночку пытавшегося предотвратить войну нацистской Германии с коммунистической Россией.
Граф Шуленбург родился в 1875 г. в саксонском Кемберге в аристократической семье, относившейся к бранденбургскому «Uradel» («столбовому дворянству»). Фамильное древо его рода восходит к первым крестовым походам. Окончив в 1894 г. гимназию в Брауншвейге, Фридрих-Вернер сходил на год в армию, затем поизучал право в Лозанне, Мюнхене и Берлине, и в 1901 г. поступил на службу в МИД Германской империи в качестве атташе консульской службы. В довоенный период он успел поработать в германских консульствах в Барселоне, Львове, Праге, Неаполе, Варшаве и Тифлисе.
В 1914 г. он был призван на фронт, где командовал артиллерийской батареей и отличился в Первой битве на Марне. В ходе этого сражения бодрый немецкий блицкриг был остановлен, и война перешла в «окопную» фазу. Начальство решило, что кормёжка окопных вшей — не самое лучшее применение для графа Шуленбурга, и в 1915 г. он в чине капитана убыл в Османскую империю, где стал офицером связи на Кавказском фронте.
Офицер связи — «Verbindungsoffizier» — это смесь дипломата и пиарщика, в чьи задачи входит обмен информацией между армией и разнообразными внешними организациями. Граф Шуленбург отвечал за отношения между германским и турецким генштабами — можно сказать, работал по специальности.
Начальство его работой было довольно, так что уже к концу 1915 г. он стал вице-консулом в Эрзуруме. В ту пору он был исполнительным служакой без лишних идей, курировал формирование так называемого «грузинского легиона» (отряда грузинских добровольцев, жаждущих повоевать с Россией), не замечал геноцида армян и ничего не делал для защиты христианского населения Кавказа. После коллапса Российской империи состоял послом при Грузинской Демократической Республике, но реинтеграцию последней в новую империю не застал, поскольку дипломатическая служба Второго Рейха прекратила существование ввиду растворения самого Рейха в тумане военного поражения и революции.
Отдохнув немного в британском плену, в 1919 г. граф Шуленбург вернулся в Германию, где сразу поступил на службу в МИД новообразованной Веймарской республики. Там он начал заниматься ближневосточным направлением и в 1922 г. уехал послом в Персию. На Ближнем Востоке в ту пору властвовали Британия и Франция, и не было на планете места, лучше приспособленного для того, чтобы постичь динамику международных отношений. В пору своего персидского служения граф Шуленбург стал активно интересоваться российскими делами, тесно общаясь с германским послом в Москве.
В 1931 г. графа перевели послом в Бухарест, что по тем временам означало повышение. Пришедших в 1933 г. к власти нацистов он принял вполне лояльно и в 1934 г. вступил в НСДАП. Новое руководство оценило его огромный опыт и знание России, и в том же 1934 г. граф Шуленбург стал послом Германии в СССР — где практически с первого дня стал заниматься улучшением советско-германских отношений.
[2/4]
В какой момент он пришёл к пониманию важности союза Германии и России, не совсем понятно. Но можно предположить, что не будучи сторонником ослепляющих доктрин и имея отличные шансы изучить политику Британской империи на Ближнем Востоке и в Европе, он просто хорошо понимал, с чем приходилось иметь дело. Британия добивалась успеха, сталкивая своих противников между собой, и поскольку в Европе у Британии было два потенциальных противника — Германия и Россия — умному и опытному дипломату, каким был граф Шуленбург, не составляло труда предугадать, как будут развиваться события.
Этому-то развитию он и пытался противостоять, выстраивая доверительные отношения с советским руководством и добиваясь того, чтобы СССР занимал нейтрально-выжидательную позицию по отношению к действиям Германии в Европе.
Между тем, хамское поведение Германии было вдохновлено Британией, которая в 1935 г. открыто поддержала выход Германии из Версальского договора. Вообще-то за односторонним выходом Германии из договора должен был последовать ввод британских и французских войск в Рейнскую демилитаризованную зону, т.е. по сути объявление Германии войны. Вместо этого Британия заключила с немцами сепаратное соглашение, даже не уведомив французов — тем самым нарушив Версальский договор в той же степени, что и Германия.
И во всех дальнейших европейских «успехах» Германии чувствовалось незримое присутствие Британии, закулисно всячески помогавшей немцам и делавшей всё, чтобы мистически настроенный Гитлер уверовал в свою сверхъестественную, дарованную богами мессианскую везучесть. Даже когда Британия была вынуждена объявить Германии войну после нападения последней на Польшу в 1939 г., участие англичан в войне сводилось к уклонению от каких-либо столкновений с вермахтом, из-за чего американцы прозвали ту войну «фальшивой» («phoney war»).
План удался. И без того психически нестабильный фюрер окончательно поехал крышей и начал готовиться к тому, к чему его толкали британцы: к войне с Россией. Графа Шуленбурга эти планы приводили в ужас, и он изо всех сил пытался предотвратить катастрофу — а в том, что война с Россией станет для Германии катастрофой, он, хорошо зная Россию, не сомневался. Он сыграл ключевую роль в подготовке Договора о ненападении между Германией и Советским Союзом, также известного как «Пакт Молотова-Риббентропа». Иногда его называют «архитектором» этого Пакта.
В отличие от Гитлера и Сталина, полагавших, что эта филькина грамота будет нарушена, как только это сочтут целесообразным, граф Шуленбург искренне верил в силу Пакта. Дело в том, что Гитлер не делился со своим послом вообще никакой информацией о подготовке к войне с СССР. В истории дипломатии это не то чтобы уникальный, но нечастый случай, когда посол страны А в стране Б не имел никакого представления о планах руководства А по отношению к Б, притом что планы эти были вполне грандиозными.
Шуленбурга использовали втёмную: его пророссийская позиция должна была усыплять бдительность Сталина и Молотова. Гитлеру хотелось, чтобы Шуленбург искренне убеждал русских в дружелюбии Германии — и Пакт стал звёздным часом графа. Ему казалось, что всё у него получилось, и он активно включился в экономические переговоры, закончившиеся заключением ряда выгодных для обеих сторон сделок.
Всё шло прекрасно вплоть до весны 1941 г. Гитлер продолжал держать своего посла в неведении относительно планов войны с СССР, но не замечать концентрацию немецких войск у советских границ было невозможно, да и друзья Шуленбурга при гитлеровском «дворе» делали конфиденциальные намёки. Посол начал догадываться о смысле происходящего и пришёл в отчаяние. 28 апреля он получил получасовую аудиенцию у Гитлера и вручил тому объёмный меморандум, подробно обосновывавший гибельность войны с Россией и настаивавший на отсутствии у Сталина планов нападения на Германию. Гитлер заверил графа, что воевать с Россией он не намерен, но Шуленбургу хватила этих тридцати минут, чтобы понять: его облапошили, как зеваку на ярмарке, в чём он и признался коллегам по возвращении в Москву.
[3/4]
Граф оказался в тяжелейшем положении. Он понял, что война с Россией неизбежна, и был уверен, что такая война уничтожит Германию. Остановить Гитлера мог только страх перед поражением, но Красная Армия явно подставлялась, не ожидая нападения в 1941 г. Как мы теперь знаем, советское руководство ожидало войны не раньше лета 1942 г., при этом они были уверены, что Гитлер сначала нападёт на Британию. Вряд ли советские лидеры посвящали Шуленбурга в свои рассуждения, но он знал, что СССР образца 1941 г. был не в состоянии напугать Гитлера.
И Шуленбург решился на рискованное предприятие. К Сталину и Молотову его не допускали, да и смысла общаться с этими людьми, видевшими в нём рупор официальной пропаганды, не было. Тогда он придумал привлечь к делу советского посла в Германии Владимира Деканозова, который в мае находился в Москве. Очевидно, Шуленбург ожидал какой-то профессиональной солидарности. В течение мая он трижды встречался с Деканозовым, делая ему всевозможные прозрачные намёки на скорое начало войны. Он почему-то считал, что войну можно было остановить прямыми переговорами между Гитлером и Сталиным — очевидно, поверить в то, что Германией руководит взбесившийся от мессианских химер безумец, рациональный граф тогда ещё не мог.
Кстати, Гитлер собирался напасть на СССР 15 мая, но ему помешал мартовский путч в Белграде, в результате чего к власти там пришло явственно антигерманское правительство. Пришлось отвлекаться и на Югославию. На разгром тамошней армии немцам понадобилось меньше двух недель; им в этом дружески помогли итальянцы, венгры, а также хорватская «пятая колонна». Однако военная логистика заняла довольно много времени, поэтому начало войны с СССР пришлось отодвинуть более чем на месяц. Если бы не этот путч, война началась бы практически во время разговоров Шуленбурга с Деканозовым, и у графа был бы роскошный «ну-и-что-я-вам-говорил» момент.
Югославский путч, однако, случился, нападение на СССР было отложено, Деканозов улетел в Берлин, а советское руководство графу не поверило. Они просто не могли себе представить, чтобы человек с биографией Шуленбурга симпатизировал Советам — поэтому единственное пришедшее им в голову объяснение для графских предупреждений состояло в том, что Шуленбург вольно или невольно транслировал британскую дезинформацию. Надо признать, что в тогдашней ситуации это объяснение выглядело довольно логичным.
Ноту об объявлении войны граф Шуленбург получил буквально за несколько часов до начала вторжения. Рано утром 22 июня 1941 г. он прибыл в Наркомат иностранных дел СССР и зачитал ноту наркому Молотову. После этого он якобы добавил: «Последние шесть лет я пытался сделать все, что в моих силах, чтобы способствовать дружбе между Советским Союзом и Германией, но нельзя идти наперекор судьбе», пожал руку наркому и ушёл. Всех сотрудников немецкого посольства недели три продержали под стражей в санатории НКВД под Костромой, а потом обменяли на сотрудников советского посольства в Германии.
Гитлеру Шуленбург был уже не нужен, но увольнять такого опытного сотрудника было жалко, поэтому ему дали бессмысленную и ни на что не влиявшую должность главы «Российского комитета» при немецком МИДе. Граф к этому моменту стал убеждённым противником Гитлера и начал искать контакты в антигитлеровском подполье.
[4/4]
Летом 1943 г. к Шуленбургу обратился с предложением сотрудничества один из лидеров подполья, бывший бургомистр Лейпцига Карл Фридрих Гёрделер. Заговорщики разрабатывали план свержения Гитлера и заключения мира с антигитлеровской коалицией. Шуленбург активно включился в теоретическую работу. В сентябре 1943 г. он подготовил аналитическую записку, в которой распедалил послевоенное устройство Европы. Кроме того, он продвигал идею установления контактов со Сталиным, предлагая себя в качестве посредника. Он был готов даже отправиться через линию Восточного фронта, чтобы вступить в переговоры с советским правительством. Заговорщики были впечатлены энтузиазмом графа и закрепили за ним кресло министра иностранных дел в своём будущем правительстве, но с переговорами не торопились: они не хотели дружить с коммунистами и смотрели в сторону Британии и США.
20 июля 1944 г. заговорщики попытались взорвать Гитлера. Тот остался жив, получив незначительные ранения, и в Германии началась охота на неудавшихся путчистов. Масштаб репрессий не вполне понятен, однако все сходятся на том, что в числе казнённых было около 200 участников заговора, расходятся (на порядок!) только оценки количества невинно убиенных.
Граф не участвовал в покушении и, судя по всему, даже не знал о нём, но его имя значилось в списках будущего правительства, и его сотрудничество с заговорщиками было нетрудно доказать: путчисты не успели уничтожить свои архивы. Кроме того, в подготовке путча участвовал двоюродный племянник Шуленбурга Фриц-Дитлоф, входивший в число тех, кто готовил покушение, так что следователи не поверили в невовлечённость графа.
19 октября 1944 г. графа Шуленбурга арестовали, а 10 ноября повесили в берлинской тюрьме Плётцензее.
Существует занятный апокриф. Весной 1945 г. в плен к русским попал начальник отдела прессы германского МИДа Готтольд Штарке. Его доставили в Москву, подробно допросили и отправили в лагерь. Домой он вернулся в 1955 г. В январе 1946 г. он рассказал лубянскому следователю, что незадолго до своего ареста, граф Шуленбург призвал его к себе (они вместе служили перед войной в московском посольстве) и передал сообщение для наркома Молотова. В этом сообщении граф напоминал наркому о своих тщетных попытках остановить войну, поносил политику Гитлера и просил русских милостиво отнестись к поверженным немцам, поскольку они ребята неплохие, многие были против войны, ну и вообще, союз Германии с Россией — это хорошо.
Проверить эту информацию невозможно, а обстоятельства рассказа наводят на мысль о попытке пленного немца набить себе цену. Тем не менее, мне эта история очень симпатична, хоть я в неё и не верю. Апокрифы порой говорят о человеке больше, чем факты.
Как говорится, прошли годы. Британская империя сильно видоизменилась, её центр переполз в Северную Америку, и потомки крестоносцев в её элите были потеснены потомками бандитов с Дикого Запада. Но суть её европейской политики осталась прежней. Она всё так же стравливает Германию с Россией, и всё так же небезуспешно. Наверняка кто-то прямо сейчас сочиняет для германского начальства аналитическую записку, обосновывающую гибельность войны с Россией, и записка эта точно так же будет отправлена в мусорное ведро.
Сопротивляться имперским жуликам Германия так и не научилась, несмотря на преподанные в прошлом веке убедительнейшие уроки, за которые всем причастным пришлось заплатить невероятно высокую цену. Самозабвенный патриот Германии граф Шуленбург и после смерти остаётся в одиночестве.