Забавно наблюдать за эволюцией националистов-сепаратистов в Испании. У меня много коллег из окрестностей Барселоны, а каталонский национализм — вполне живая (хотя в данный момент и спящая) сущность.
Вообще-то современные европейские националисты и «регионалисты», в массе своей, придерживаются правых взглядов. Испанские же националисты — хоть каталонские, хоть баскские, хоть галисийские — отчётливые леваки, глобалисты, готовые лечь под ЕС или кого угодно, лишь бы не под Мадрид.
Фокус в том, что в Испании не националисты — леваки, а леваки — вынужденные националисты.
Испания, по сути, до сих пор живёт по заветам генералиссимуса Франко, который восстановил там монархию и назначил своим преемником отца нынешнего короля. Соответственно, леваки считают сегодняшний политический режим Испании продолжением франкизма, ну а франкизм — пусть и в такой кастрированной форме, как царствие Филиппа VI — это недопустимая бяка, которую надлежит упразднить.
В свою способность свергнуть монарха тамошние леваки не верят, да и к новой гражданской войне они, на их счастье, не готовы. Cогласно консолидированному левацкому суждению, пост-франкистскую монархию не надо ниспровергать, от неё надо сбежать, т.е. политически и державно от неё отделиться. При этом вся прочая хипстерско-левацкая шняга этим соевым сепаратистам присуща в полной мере, в частности, они горячие сторонники зелёной ахинеи и криминальной иммиграции.
Тут-то в последнее время и возникает то самое «забавно», с которого я начал этот текст. Ситуация с иммиграцией в Испании очень тяжёлая. Об этом мало говорят и пишут открытым текстом, даже в самой Испании, но народ потихоньку подвывает, а намерение правительства легализовать миллион нелегалов в течение следующих трёх лет толсто намекает на некоторую безысходность. И вот я, сидя в уютном сант-кугатском Akelarre, с отвалившейся челюстью наблюдаю у каталонских леваков-сепаратистов рост симпатий к Франко и его изоляционизму, в стиле «ну не во всём он был неправ».
Это невозможно смешно, поскольку каудильо ненавидел и леваков, и каталонцев, в равной мере свирепо щемя и тех, и других. Он даже запретил каталонский язык. Мне казалось невозможным, чтобы в горячих (ну хорошо: чуть тёплых, но быстро разогреваемых) сердцах каталонцев пробудились симпатии к этому деятелю. А вот поди ж ты.
Велика трансформационная сила криминальной иммиграции, и я весьма допускаю, что действует она не только на каталонских левых. А тут ещё и попутный ветер из Метрополии…