Американская избирательная система довольно занятно устроена, и самое интересное в ней — даже не устройство как таковое, а то, как мудрые Отцы Основатели понимали работу демократического общества.
Конституция свежесозданного государства и механизмы выборов властей разрабатывались в 80-е годы XVIII века. С законодательной властью всё было ясно: прямое народное голосование. А вот с президентом дело обстояло сложней.
Поначалу у них вообще не было уверенности в том, что президент необходим. Можно ведь завести что-то вроде назначаемого Конгрессом коллегиального правящего органа; именно такую систему учредили впоследствии в Швейцарии. Однако в конечном итоге Отцы пришли к пониманию того, что в большой и разнородной стране необходима сильная центральная власть.
Вопрос о процедуре избрания этого президента был не в пример заковыристей. На столе было два варианта: прямые всенародные выборы президента и назначение президента Конгрессом. Собственно, весь остальной мир до сих пор эти варианты и использует. Но Отцам Основателям было совершенно очевидно то, что всему прочему миру до сих пор невдомёк: оба способа — говно, поскольку народ, в подавляющей массе своей, бестолочь и жулик.
Прямые выборы приведут к власти популистов, которые наплетут красивой ахинеи развесившему уши электорату, а Конгресс можно тупо купить (американцы особенно опасались, что это сделают иностранцы). Кроме того, всенародные прямые выборы были крайне сложны технически — из средств связи тогда существовали только почтовы дилижансы — и лишали мелкие штаты ощущения своей значимости.
Поэтому в результате интенсивных мозговых штурмов Отцы пришли к идее «коллегий выборщиков» (слово «коллегия» появилось позже, но чёрт с ним, не полезем в дебри). Изначальный дизайн выглядел так: каждый штат должен был определить небольшую группу авторитетных людей, которым будет доверено голосовать на выборах президента от лица всего штата. Такая двухступенчатая модель: сначала народ выбирает своих «доверенных лиц», а уж потом эти последние выбирают президента.
Количество выборщиков должно было соответствовать количеству конгрессменов от штата, и с этим тоже хватало проблем. Логично было установить число выборщиков пропорционально населению штата, но страна была заселена очень неравномерно, что порождало риск фактического исключения малонаселённых штатов из процесса выборов. Кроме того, в южных штатах 40% населения составляли рабы, и было непонятно как их считать (в итоге сошлись на коэффициенте 3/5, т.е. пять рабов = три свободных человека). В конце концов договорились.
А вот по поводу процедуры назначения выборщиков Отцы к единому мнению так и не пришли. Поэтому процедуру эту в законодательстве просто не прописали, оставив её на усмотрение штатов. Где-то выборщики избирались прямым голосованием, где-то их назначали локальные парламенты. Выходило как-то чересчур заморочено, но главное — система эта сильно осложняла фальсификации: мало протащить на выборах толпу своих людей, надо ещё этих людей организовать.
Поэтому к середине XIX века в целом утвердилась нынешняя процедура: ни народ, ни парламент не назначают коллегию выборщиков, этим занимаются политические партии, а народ голосует непосредственно за кандидатов в президенты. Та партия, кандидат от которой победил в штате (неважно, с каким перевесом), отправляет своих выборщиков представлять весь штат, ну а выборщики дружно голосуют за своего кандидата. Так это работает в 48 штатах и округе Колумбия. В двух малонаселённых штатах эта система работает слегка иначе, но заметного влияния на исход выборов это не оказывает.
Таким образом, сейчас у них утвердилась причудливая смешанная система, в которой народ вроде бы голосует непосредственно за президента, но голоса жителей разных штатов имеют разный вес из-за непропорционального распределения выборщиков. Скажем, в Калифорнии один выборщик представляет 721 тысячу жителей, а в Вайоминге — 192 тысячи. Значит, голос ковбоя из Вайоминга чуть ли не в 4 раза «дороже» голоса калифорнийского айтишника.
В итоге кандидат, набравший меньшее количество голосов в общенациональном голосовании, всё равно может победить, потому что получит более «дорогие» голоса. Небесспорный дизайн, но главного они добились: вбросы голосов в такой системе имеют смысл, поскольку дают шанс повлиять на то, какая группа выборщиков будет задействована.
Повторюсь, в конституции эта процедура не закреплена, так что в принципе, она может измениться в будущем. Возможно, на этом основаны страхи противников Трампа: а ну как он вернёт коллегиям выборщиков оригинальный дизайн Отцов Основателей? Когда-то давно он даже высказывался против существующей системы. Предпочитает он, по всей видимости, прямые всенародные выборы — но Трамп дядька непредсказуемый, может и поменять мнение.
Возврат к «классике» вынудит демократов обновить электоральные сценарии. Сейчас они уверенно побеждают почти исключительно в тех штатах, где для голосования не нужно предъявлять удостоверение личности с фотографией, и у них с голосами образовалось порядочное гуляй-поле, что можно видеть на приведённом ниже графике. При переходе к «классическому» дизайну, логистика «креативного» голосования существенно усложнится.
Ну да это ладно. Как было отмечено, Отцы Основатели понимали про демократию гораздо больше, чем наши современники: система эта, красивая на бумаге, в реальной жизни вырождается в гнусную лицемерную пакость, так что необходимы какие-то фокусы, чтобы её продуктивно использовать. Монархия ими тоже не рассматривалась, поскольку опыт взаимодействия с британской короной был довольно паршивым. Только один из Отцов, Александр Гамильтон, хотел установления в Америке монархии, но его зашикали.
А зря.
С учётом того, что представительная демократия неизбежно коррумпируется и приводит к власти жульё, действующее по принципу «хватай и отбегай», а до функциональной анархии человечеству надо ещё несколько тысячелетий эволюционировать — монархия выглядит едва ли не единственным спасением. И возможно, до неё ближе, чем нам кажется.
Вопрос «благородной крови» больше не актуален. Долгие века промискуитета дали свои плоды, и к XXI веку царское происхождения стало массовым явлением. Например, знаменитый британский генетик Адам Резерфорд утверждает, что практически все коренные британцы происходят от короля Эдуарда III, который в XIV веке 50 лет правил Англией и, очевидно, не скучал.
У Трампа ситуация ещё оптимистичней. Он происходит от немцев, чья фамилия Друмпф превратилась в Трамп, и шотландцев из клана Маклаудов. Так что с одной стороны он наверняка сможет накопать родство с каким-нибудь Карлом IV Люксембургским (тем самым, чьим именем в Праге названы мост, площадь и университет), а с другой стороны — с Робертом I Брюсом (великим борцом за шотландскую независимость). Гербы у них почти идентичные, на обоих — задорные танцующие львы. Бери любой — не ошибёшься, легитимность бронебойная.
Прочее — технические мелочи. Мантия готова, осталось кое-что отрезать, кое-что подшить, кое-где прострочить оверлоком — и можно носить.
Многая лета божиею милостию пресветлейшему и державнейшему великому государю и великому князю Дональду всея Чёрныя и Белыя и Флюидныя Америцы самодержцу! Виват!