Термины «конспирология» и «конспирологическая теория» приобрели уничижительные коннотации сравнительно недавно, лет 60 назад. Да и сами термины вошли в обиход не так уж и давно, примерно в середине XIX века. Уже в ту пору они несли вполне саркастический смысл, однако без оскорбления в адрес тех, к кому относились. Примерно тогда же, в XIX веке, был сформулирован и Первый Классический Антиконспирологический Аргумент: «да зачем им это?», блиставший во всех дискуссиях лоялистов со скептиками вплоть до конца 2010х, когда Грета Тунберг ввела в обиход бронебойный императив «веруй в ноуку!», сделавший лоялистов практически неуязвимыми. Тем не менее даже с Первым Классическим Аргументом наперевес лоялисты допускали право скептиков на возражения — и худо-бедно полемизировали с ними.
Но в начале 60х годов прошлого века, с подачи Карла Поппера, конспирологию стали считать продуктом секуляризации религиозных предрассудков, а её приверженцев — чем-то вроде сектантов, исповедующих наивную разновидность детерминистского шаманизма. Иными словами, конспирологов было велено считать идиотами.
По удивительному совпадению, именно в ту пору был демонстративно убит американский президент, и ЦРУ активно занималось дискредитацией скептиков, полагавших, что пули не могут летать по извилистой траектории, а один стрелок не может одновременно находиться в двух местах. Именно тогда термин «конспирологическая теория» приобрёл сегодняшнее значение: версия событий, отличающаяся от официальной и, исключительно по этой причине, заведомо ложная. В помощь лоялистам Поппер сформулировали и Второй Классический Антиконспирологический Аргумент: «люди не способны к сложной организации» («ты можешь организовать убийство президента? вооот, и никто не может»).
Попперовские выкладки очень пригодились ЦРУшным пиарщикам, которые основательно поработали, нельзя этого не признать. До сих пор люди, указывающие на совершенно очевидные несостыковки официальной версии президентского убийства, помещаются в массовом сознании на одну полку с фанатами плоской Земли. Потому как известно всем ребятам: только идиоты могут сомневаться в официальных версиях.
Забавно, что именно человек, занимавшийся критическим рационализмом, вооружил лоялистских мракобесов, запретивших критическое мышление — тем самым деятельно поучаствовав в доказательстве правдивости марксистской диалектики, столь им презираемой. Мрачное чувство юмора есть не только у истории, но и у философии.